Банкрот и девичья фамилия

Как супругу избавиться от общих обязательств

Общий долг супругов перестает быть таковым после завершения банкротства одного из них, решил Верховный суд РФ (ВС), поддержав граждан-должников. Совместные долги могут возникнуть, даже если заемщиком выступает один из супругов, но деньги тратятся на общие нужды. Кредитор в этом случае вправе взыскивать средства с обоих граждан, находящихся в браке. Но если один из супругов обанкротился и его долги списаны, это распространяется на любых кредиторов. В итоге долг перестает быть совместным и становится личным обязательством второго супруга. Юристы отмечают, что теперь кредиторам придется отслеживать банкротство не только должника, но и его супруга.


                Банкрот и девичья фамилия

ВС опубликовал решение о судьбе общих обязательств супругов, если один из них обанкротился раньше и ему были списаны все долги. Важная для практики позиция вынесена в рамках банкротства Марата Валеева. Гражданин в 2011 году взял кредит в Сбербанке, но не смог погасить его полностью. Впоследствии банк уступил право требовать оставшуюся сумму долга в 619 тыс. руб. в пользу коллекторской организации НБК. Компания заявила требования в банкротстве господина Валеева, настаивая на признании долга общим для супругов, поскольку обязательства возникли в период брака.

Должник с супругой Наилей возражали против требования. Дело в том, что госпожа Валеева еще в 2021 году сама прошла через процедуру личного банкротства, по окончании которого ее освободили от исполнения обязательств, оставшихся непогашенными. Арбитражные суды трех инстанций поддержали кредитора и признали долг общим, позволив взыскивать его с обоих супругов и их имущества.

По жалобам мужа и жены дело передали на рассмотрение экономколлегии ВС, которая вынесла решение в их пользу. В опубликованном 21 мая определении ВС пояснил, что по завершении банкротства гражданина (процедуры реализации имущества) ему списываются непогашенные долги, включая те, что не заявлены в ходе процедуры. Это «в равной степени распространяется как на обязательства гражданина, по которым он отвечает один, так и на его обязательства, по которым он отвечает наряду с другими лицами, в частности, вместе с супругом», говорится в решении ВС.

Исключениями из правила выступают требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту завершения процедуры, а также «несмываемые» долги (например, по алиментам и субсидиарной ответственности). Общие обязательства супругов к исключениям не относятся, подчеркнула экономколлегия, следовательно, тоже списываются. В результате долг по кредиту, потраченному на семейные нужды, перестает быть совместным. Это означает, что по завершении банкротства одного из супругов их общие обязательства «трансформируются в личные обязательства второго супруга, которые погашаются за счет его имущества и его доли в общем имуществе», пояснил ВС.

Долг возник до начала банкротства Наили Валеевой, поэтому по окончании процедуры он был списан вместе с остальными. В связи с этим экономколлегия отменила решения нижестоящих судов и отклонила требование кредитора о признании долга общим. Теперь НБК сможет взыскивать средства только с Марата Валеева.

Позиция ВС направлена на «укрепление реабилитационного характера института списания долгов гражданина по итогам банкротства», полагает партнер «Сотби» Антон Красников. Старший юрист «Юртехконсалта» Анастасия Лысенко считает подход ВС обоснованным: «Иначе терялся бы смысл процедуры — должник после завершения постоянно находился бы под дамокловым мечом предъявления к нему новых требований».

«Решение ВС устраняет правовую неопределенность в вопросе признания обязательств супругов общими после банкротства одного из супругов, что делает ее значимой для судебной практики»,— отмечает советник практики семейного права и наследственного планирования BGP Litigation Гаяне Штоян.

Главный вывод, по мнению госпожи Штоян, заключается в том, что «банкротство освобождает супруга от исполнения как личных, так и общих обязательств перед кредиторами, если эти обязательства не относятся к непрекращающимся и возникли до возбуждения дела о банкротстве». Это «защищает граждан от обращения взыскания на их имущество» после прохождения через банкротство по долгам, существовавшим на момент процедуры, заключает Гаяне Штоян.

Вместе с тем кредиторам теперь придется мониторить информацию о запуске банкротства не только непосредственных заемщиков, но и их супругов, указывают юристы. Таким образом, ВС «продолжает усиливать требования добросовестности и осмотрительности к профессиональным участникам рынка», поясняет Анастасия Лысенко. Кредиторам «следует быть более осмотрительными и заявлять требование о признании обязательств совместными своевременно, до завершения банкротства одного из супругов», полагает советник Orchards Азат Ахметов.

У банков нет единого подхода к мониторингу информации о супругах заемщиков. Глава управления принудительного взыскания и банкротства Сбербанка Евгений Акимов говорит, что там, «как правило, анализируют семейное положение должника, наличие имущества, режим собственности супругов, наличие у супруга должника обязательств и их исполнение». Поэтому «информация об освобождении супруга должника от обязательств вследствие завершения его банкротства редко застает банки врасплох», добавляет господин Акимов.

В Альфа-банке “Ъ” сообщили, что мониторят долги и факт банкротства в отношении обоих супругов, если речь идет об ипотеке. «Однако если супруг не является созаемщиком или поручителем, то мониторинг банкротства не проводится, так как нет необходимости оценивать финансовое состояние семьи в целом»,— уточнили в банке.

«Сведения о супруге заемщика не содержатся в открытом доступе и не предоставляются по запросу частных лиц, что осложняет информирование кредиторов,— уточняет Гаяне Штоян.— Решением может стать включение в текст договора информации о супруге или заверения должника, что он не состоит в браке».

Но даже если кредиторам «может быть неудобно» получать или отслеживать информацию о супругах, «это не означает, что обанкротившийся гражданин не должен освобождаться от долгов», уверен Азат Ахметов. «Введение нового критерия осмотрительности не может быть признано чересчур обременительным для кредиторов»,— согласна и Анастасия Лысенко.

При этом остается неясным, вправе ли кредитор при отсутствии просрочки по кредиту заявиться в дело о банкротстве супруга, не являющегося заемщиком. Антон Красников полагает, что у кредитора «не должно быть с этим проблем», так как с введением первой процедуры банкротства срок исполнения денежных обязательств, возникших до возбуждения дела, «считается наступившим».

Впрочем, уточняет Гаяне Штоян, «сейчас семейное законодательство презюмирует, что обязательства супругов являются личными, пока суд не установит, что полученное одним из супругов было использовано на нужды семьи». В связи с этим госпожа Штоян «полагает невозможным» включение кредитора в реестр супруга-незаемщика, если долг не был просрочен и нет отдельного решения суда о признании этого обязательства общим.

Анна Занина, Ян Назаренко, Ксения Дементьева

Источник: www.kommersant.ru

Недавние новости

Мошенники стали использовать для кражи данных новую валюту Telegram Stars

makocho

RTP Global Леонида Богуславского инвестировал в индийский fashion-стартап Zyod

makocho

«Макфу» передали под управление структуре Россельхозбанка

makocho